

Вице-президент Джей Ди Вэнс открыто осудил уничижительные комментарии, сделанные в адрес его жены, Уши Вэнс. В недавнем интервью UnHerd Вэнс ясно предупредил тех, кто переходит личные границы, заявив: 'Кто бы ни атаковал мою жену, будь то Джен Псаки или Ник Фуэнтес, могут пойти к черту.' Это заявление подчеркивает глубокую личную преданность вице-президента защите своей семьи в условиях политической турбулентности. Нацелившись на Ника Фуэнтеса, Вэнс раскритиковал его расово окрашенные замечания, например, называние Уши 'Джит', подразумевая её индийское происхождение. Вэнс охарактеризовал эти атаки как не только оскорбительные, но и разрушительные для подлинного политического дискурса. Такие публичные заявления Фуэнтеса побудили Вэнса занять более решительную позицию после прихода в национальную политику. Контроверсия, по мнению Вэнса, подчеркивает более широкую проблему, имеющую место по обе стороны политических и идеологических границ. Вэнс твердо утверждает, что расовые или религиозные идентичности не должны использоваться против тех, кто никогда не стремился к публичной политической жизни, подчеркивая, что это моральный вопрос, выходящий за пределы партийных линий. Кроме того, Вэнс затронул комментарии Джен Псаки, которая высказалась о психическом состоянии Уши Вэнс, сказав: 'Ты в порядке? Пожалуйста, моргните четыре раза. Переберись сюда. Мы тебя спасем.' Вэнс и его сторонники осудили эти замечания как снисходительные, представив Ушу как простую наблюдательницу политического нарратива. Уша Вэнс, адвокат с образованием Йельского университета и бывшая юридическая клерк, предпочитает вести ненавязчивую жизнь, сосредоточившись на семье, пока Джей Ди Вэнс участвует в национальной политике. Вэнс считает её критически важной для семейной стабильности на фоне давления политической карьеры. Эта проблема резонирует за пределами Вашингтона, касаясь широко распространенной общественной озабоченности по поводу все более личных политических атак. Поскольку Джей Ди Вэнс призывает сосредоточить обсуждения на политике, он стремится установить границу вокруг семьи, призывая, чтобы политическая критика оставалась сосредоточенной исключительно на его записях и решениях, а не на личной или семейной жизни. Его позиция воплощает защитного супруга, а не политика, стремящегося к громким заголовкам.